среда, 27 февраля 2013 г.

прощение и мудрость

Мы приходим на исповедь с намерением получить прощение грехов от Господа Бога через духовника. Так знай же, что исповедь твоя бывает пуста, бездельна, недействительна и даже оскорбительна для Господа, если ты идешь на исповедь без всякой подготовки, не испытав своей совести, по стыду или другой причине скрываешь свои грехи, исповедуешься без сокрушения и умиления, формально, холодно, механически, не имея твердого намерения вперед исправиться... Некоторые умудряются иметь несколько духовников с таким расчетом, чтобы одному говорить одни грехи, а другому — другие (архиеп. Арсений Чудов). Читать далее...
Святитель Феофан Затворник говорит: "Нерадение о детях есть величайший из всех грехов и в нем крайняя степень нечестия... А одна мать, взятая на время в загробный мир, была судима более за сына, чем за свои грехи... Детям надобно прощать легкомыслие и невнимательность, а не злобу и лукавство... От детей, которых боятся довести до слез даже после их проступков, часто сами родители впоследствии бывают вынуждены плакать... В воспитании не требуется ни излишняя мягкость, ни суровость, — требуется разумность... Не тот мудр, кто умеет наказывать, но тот, кто умеет предохранить от проступков... Оставляй сыну своему не богатство, не золото, не серебро, но христианскую науку; не пышный дом, — но умение терпеть; не знатных, — но добрых религиозных друзей (свт. Иоанн Златоуст). Родители должны всю жизнь ребенка обставлять обычаями Церкви. Сюда относятся, по указанию свт. Феофана, частое ношение детей в церковь, прикладывание к Святому Кресту, Евангелию, иконам, частое осенение крестным знамением, окропление святой водой, курение ладаном, осенение крестом колыбели, пищи и всего, прикасающегося к детям, благословение священника, молебны... Бывало, приведут матери причащать ребенка в храм и предварительно ничего не скажут ему ни о Боге, ни о том, куда и зачем его ведут. Стоит мать, молится Богу, а на ребенка совсем не обращает внимания, бегает ли он возле нее или стоит спиной к святым иконам и рассматривает соседей. Лучшее богатство, какое можем мы дать детям своим, это хорошо воспитать их, то есть чтобы имели они нрав добрый. Читать далее...
Свт. Феофан Затворник говорит: «Нерадение о детях есть величайший из всех грехов, и в нем крайняя степень нечестия... А одна мать, взятая на время в загробный мир, была судима более за сына, чем за свои грехи... Детям надобно прощать легкомыслие и невнимательность, а не злобу и лукавство... От детей, которых боятся довести до слез даже после их проступков, часто сами родители впоследствии бывают вынуждены плакать... В воспитании не требуется ни излишняя мягкость, ни суровость – требуется разумность... Не тот мудр, кто умеет наказывать, но тот, кто умеет предохранить от проступков». «Оставляй сыну своему не богатство, не золото, не серебро, но христианскую науку, не пышный дом, но умение терпеть, не знатных, но добрых религиозных друзей», – говорит свт. Иоанн Златоуст. Родители должны всю жизнь ребенка обставлять обычаями Церкви. Сюда относятся, по указанию свт. Феофана Затворника: частое ношение детей в церковь, прикладывание к святому Кресту, Евангелию, иконам, частое осенение крестным знамением, окропление святой водой, курение ладаном, осенение крестом колыбели, пищи и всего прикасающегося к детям, благословение священника, молебны... Бывало, приведут матери причащать ребенка в храм и предварительно ничего не скажут ему ни о Боге, ни о том, куда и зачем его ведут. Стоит мать, молится Богу, а на ребенка совсем не обращает внимания, бегает ли он возле нее или стоит спиной к святым иконам и рассматривает соседей. Лучшее богатство, какое можем мы дать детям своим, есть то, чтобы хорошо воспитать их, т. е. чтобы имели они нрав добрый. Читать далее..

просит Его о прощении грехов, с которыми несовместна мудрость. Читать далее..

Разве вы не знаете притчу о зерне, которую рассказывал Господь, что одно принесло плод «о сто крат, а другое в шестьдесят, иное же в тридцать» (Мф. 13:8). Сто крат - это наш, монашеский чин, шестьдесят - те, кто воздерживают­ся от брака, а тридцать - кто живет в браке целомудренно. Хорошо, когда из тридцати восходит кто-нибудь к шестиде­сяти, а из шестидесяти в сто. Поскольку это и полезно - про­двигаться от меньшего к большему. Сходить же от большего к меньшему - опасно, потому что тот, кто один раз склонил­ся на худшее, не может устоять в малом, но как бы срывается в ров погибельный. Бывает, некоторые люди дают обет хра­нить девство, но, будучи немощны помыслом, оправдывают­ся, как бы говорят себе, а на самом деле - диаволу: "Если мы выйдем замуж и будем жить целомудренно, то сподобимся быть сопричисленными к чину тридцати. Потому как весь Ветхий Завет не отвергал чадородие, но желал его". Но это оправдание от нечистого, ибо тот, кто нисходит от большего к меньшему, прельщен им. Подобно тому как воин, оставля­ющий свою должность в большем войске и идущий в мень­шее, не получает прощения, а наказывается, так наказывается и тот, кто нисходит из высшего чина дев в низший - целомудренных. Вот поэтому мы должны от меньшего идти к большему: «задняя убо забывая, в предняя же простираяся» (Флп. 3: 13), - наставляла апостольскими заповедями блаженная. - Мы же, состоящие в "чине сто", должны всег­да, как бы и где бы ни ходили, снова возвращаться туда же, никогда не полагая этому конец: «когда сотворите вся пове­денная вам, глаголите, яко раби неключими есмы: яко, еже должни бехом сотворити, сотворихом» (Лк. 17: 10), - говорит нам Господь. Мы, которые предпочли обет девства, должны в высшей степени хранить целомудрие. Поскольку и многие замужние мирские жены живут целомудренно, но эта доб­родетель часто у них сочетается с безумием и невежеством, так что живут они плотскими чувствами. Происходит это потому, что видят они непотребное, смеются несдержанно и слышат непристойное. А мы, монахини, должны оставить все это и преуспевать в добродетелях, ограждая зрение наше от созерцания вещей суетных, исполняя слова Писания: «да воззрят очи Твои на правоту» (Пс. 16: 2), и укрощать язык свой, избегая сквернословия. Нелепо, чтобы наш язык, со­зданный для воспевания Божественных гимнов и славосло­вия Бога, произносил скверные и бесстыдные слова. Вот по­чему мы не только не должны произносить их, но даже и не слушать, когда их произносят другие. Всего этого невозмож­но исполнить, если мы будем часто выходить из кельи, ведь через наши чувства в нас, без нашей воли, входят воры-бесы и страсти. Как может не почернеть дом, если в нем открыты окна и двери, а снаружи над ним поднимается дым? Ни в коем случае мы не должны ходить по селениям и базарам, потому что если мы считаем тяжким и постыдным видеть обнаженными собственных братьев и родителей, то насколь­ко более недостойно и вредно для души видеть на дорогах и базарах обнаженных людей, ведущих блудные и непристой­ные речи. От видения и слышания всего этого входят в душу вредные и постыдные образы. Читать далее...
Достигнув Мореи, божественный Петр решил прежде всего навестить преподобного Феодосия, чтобы исполнить повеление патриарха и попросить у святого прощение за на­мерение сослать его по навету лжецов. Святой, предузнал о приходе архиерея, потому что сподобился приять от Бога вместе с прочими дарами и дар прозорливости, положил в свой куколь зажженные угли и, взяв в руку фимиам, вышел ему навстречу. Приблизившись, он положил фимиам на уг­ли, при этом распространилось неизреченное благоухание, причем - о чудо! - куколь совершенно не сгорел, но препо­добный стал им кадить, и Петр, удивившись этому странно­му чуду, понял, что перед ним преподобный Феодосии. Спе­шившись, он бросился лобызать преподобного, который, вы­пустив куколь из рук, низко поклонился архиерею Божию и с благоговением принял его. Тогда, прославляя Бога, божест­венный Петр испросил у преподобного прощение за про­шлое и, поклонившись от имени патриарха, передал все его слова Феодосию. Тот отвечал с великим смиренномудрием и в словах, и в жестах, чем разжег в архиерее еще большую к себе любовь по Богу. Без промедления тот рукоположил его в диакона, а затем в священника, хотя преподобный по свое­му крайнему смиренномудрию отказывался от хиротонии. С той поры для мудрого архиерея Петра и его окружения, после того как они на деле узнали, насколько глаза вернее слуха, преподобный был образцом добродетели. Читать далее...
Но вернемся к нашему рассказу. Узнав о чудесном исце­лении Григория от Господа и его великом терпении, хозяева той местности переменили свою жестокость на кротость и (о Боже чудный!) изменили свой нрав и раскаялись в соде­янном. Они припали к ногам святого, прося прощения, ко­торое тотчас же и получили. Отныне они позволили святому спокойно делать с той местностью все, что захочет. Задумав построить церковь, но не имея животных для доставки всего необходимого для строительства, святой однажды в ущелье встретил женщину, вдову. Поведав ей о своей нужде, он дал ей в благословение три золотых. И тогда она с почтением сказала ему: "Отче, у меня много животных, но они все ди­кие. Если сможешь, собери все стадо, и я подарю их твоей святыне". Сотворив молитву, святой велел слуге подняться на гору, где паслись животные, и выбрать двух самых луч­ших, которые, подчинившись слову святого, тут же успокоились и последовали за слугой. С их помощью святой привез лес и выстроил прекраснейшую церковь во имя Пресвятой Богородицы, а затем построил кельи и основал монастырь. Узнавшие о подвигах святого люди, во множестве собравшиеся здесь, потом приняли монашество и пошли в послушание к святому Григорию, ибо был он пастырем неусыпным и во всем мудрым управителем. Однако в той местности не и было воды и монахи сильно скорбели. Тогда, воздвигнув руки и возведя ум к Небесам, святой с верой и слезами долго молился Вышнему Богу, чтобы Тот дал воду. С неба сошел к нему Ангел Господень и открыл о предстоящем преселении на Небеса. Показав святому место его погребения, Ангел сказал что из него истечет сладчайшая вода. Произнеся эти слова, Ангел поднялся на Небеса. Позвав своего ученика Ле­онтия и прочих братьев, божественный Григорий возвестил им то, что слышал от Ангела. Достаточно наставив их, он повелел им творить все, что подобает монашескому житель­ству, после чего предался молитве и так отошел ко Господу. Его священные и всечестные останки были преданы погре­бению там, где назначил Ангел Божий, и где позднее был построен храм во имя святого. Посреди храма находится его гробница, откуда истекает источник сладчайшей воды, ко­торая доныне исцеляет всякую болезнь у тех, кто приходит с верою, во славу Бога и святого, предстательством которого и мы да избавимся от всякого зла и сподобимся Царствия Небесного. Аминь. Читать далее...
Через некоторое время Радул, размышляя о проклятии святого и боясь, чтобы гнев Божий не нашел на него внезап­но (ибо хотя он и был настроен против святого, но знал, что тот был праведен во всем и богобоязнен), вернул Нифона во дворец с почестями, надеясь, что лестью сможет получить прощение. Он сказал ему: "Отче божественный и премудрейший, прости нас, которые согрешили против тебя как люди, а твое всесвятейшество получит прощение от нас в том, что ты сказал и сделал против нас. Просим тебя, не сер­дись на нас за наши грехи, а мы дадим тебе столько денег и одежд, сколько нужно, и пошлем тебя с честью, куда бы ты ни захотел. А туда, где будешь жить, мы вышлем все необ­ходимое. О сожительстве же архонта не беспокойся, потому что он получил прощение от всего Архиерейского Синода Константинопольской Церкви, пусть и твое Всесвятейшест­во даст прощение, как и подобает". Вздохнув из глубины ду­ши, божественный Нифон отвечал: "Радул, не нужно мне ни твоих денег, ни одежд, ни почестей, да не будет того. Ты помнишь, как ты уговаривал меня прийти в Валахию, что­бы я научил вас слову Божию. Если я поступил с вами без­законно, свидетельствуй о том. Я же поставлен от Господа моего обличать беззакония, а к этому беззаконию я не хочу быть причастным никогда, потому что оно не позволено ни­каким законом. Ты сам привел меня сюда, ты сам же меня и прогоняешь. Я иду туда, куда меня приведет Господь. Вы же умрете в беззаконии, во многих скорбях и болезнях, и мно­гие беды произойдут в вашей стране. Тогда вы будете искать меня, «и не найдете» (Ин. 7: 34). Читать далее..
Мы можем быть уверены в том, что совер­шенного целомудрия, как и совершенного мило­сердия, не достигнуть одними человеческими уси­лиями. Вы должны попросить Божьей помощи. Но даже после того как вы ее попросили, долгое время вам может казаться, что вы этой помощи не получаете или получаете ее недостаточно. Не падайте духом. Всякий раз, когда оступаетесь, просите прощения, собирайтесь с духом и делай­те новую попытку. Очень часто поначалу Бог дает не саму добродетель, а силы на все новые и новые попытки. Какой бы важной добродетелью ни было целомудрие (или храбрость, или прав­дивость, или любое другое достоинство), сам процесс развивает в нас такие душевные навы­ки, которые еще важнее. Этот процесс освобож­дает нас от иллюзий об эффективности соб­ственных усилий и учит во всем полагаться на Бога. Мы учимся, с одной стороны, тому, что не можем полагаться на самих себя даже в наши лучшие моменты, а с другой — тому, что и в случае самых ужасных неудач нам не следует отчаиваться, потому что неудачи наши — про­щены. Единственной роковой ошибкой для нас было бы успокоиться на том, что мы есть, не стремясь к совершенству. Читать далее..
На часть Ваших вопросов я уже ответил. Под любовью под­разумеваются различные состояния и чувства человеческой души. Есть духовная любовь; это любовь к Богу и человеку - как Его образу и подобию. Эта любовь принадлежит не одно­му человеку, а объемлет всех людей! Святой Максим Исповед­ник писал: «Возлюби Господа всем сердцем своим, а людей одинаково, как бы одно лицо». Святой Василий Великий пи­шет, что чрезмерная любовь к одному человеку означает оску­дение любви к другим. Затем идет дружеская любовь - это ду­шевная любовь, основанная на взаимопонимании, сходстве характеров, общности интересов и так далее. Существует кровная любовь - это родственные отношения между людь­ми, особенно между родителями и детьми. Затем мы видим плотскую любовь между мужчиной и женщиной, где семейная солидарность соединена со страстью, но не лишена, в то же время, элементов дружеской любви. И наконец, сексуальная «любовь», которая представляет собой, на самом деле, голую страсть. Поэтому мне кажется, что у Вас плотская любовь, ко­торую Вы хотите представить как некое всеобъемлющее чув­ство. Христианство открыло нам критерий духовной любви - это любовь к своим врагам. А всепрощающая и долготерпящая любовь, о которой Вы пишете,- это готовность заранее про­щать и терпеть все ошибки ради удовлетворения своей страс­ти. На самом деле, страсть - это деградировавшая, слепая и, в определенном смысле, извращенная любовь, которая по спра­ведливости не должна носить имя любви. Вы спрашиваете: «Для чего тогда любовь?». Правильнее было бы задать вопрос: «От чего произошла страсть?». Из книг о любви советую Вам почитать произведение святого Максима Исповедника «Сотницы о любви». Вы пишете, что не нашли в Новом Завете слов о любви человека к противоположному полу. Но ведь Еванге­лие не романтика. Впрочем, в Посланиях апостола Павла содержатся наставления об отношениях супругов друг к другу, причем мужу предписывается любить жену, как собственное тело. Вы пишете: «Если... любовь к Богу осознать и прочув­ствовать... то возникает ощущение, что... вообще не нужен близ­кий человек». Любовь к Богу, захватывающая душу, является основой монашества. Но только немногие способны к такой любви. Далее Вы пишете: «Даже дорогу можно переходить на красный свет, только потому что все в руках Божиих». Произ­водить беспорядок - это вовсе не уповать на волю Божию. Вы пишете: «Зачем.., семья, дети... без трепета любви?». Но лю­бовь супругов друг к другу надо завоевать в борьбе с эгоизмом, в исполнении обязанностей и долга друг перед другом. Поэто­му в выборе супругов должны участвовать не только страст­ные чувства, но и разум. Семья не должна держаться только на «трепете любви», то есть на страсти,- это слишком шаткая опора. Люди, которым вчера казалось в страстном ослеплении, что они не могут жить друг без друга, завтра могут почувство­вать себя чужими. Вы пишете: «Как же... без этого всепоглоща­ющего чувства?». Как раз чувство не должно все поглощать, а давать место долгу, обязанностям и христианскому целому­дрию. В противном случае человек делается слепым рабом сле­пой страсти. Если чувство поглотит его рассудок, то человек может совершить грех и преступление ради удовлетворения страсти. Что касается Шопенгауэра, то его пессимизм начался с того, что любимая им женщина отдала предпочтение Джор­джу Байрону. Вы пишете: «Человечество вымрет, если все бу­дут соблюдать целомудрие пожизненно». Я хочу сказать Вам, что христианское целомудрие - это не безобразие, а чувство естественной стыдливости. Оно хранит человека в чистоте до брака, а в супружестве исключает то, что стало называться «свободным сексом». Христианская семья - это благословлен­ный Богом союз, где главной целью является деторождение. Читать далее...
Сластолюбие порождает чревообъядение и блудные дела. Блуд порождает гнев, погашающий сердечную теплоту и пагубный для всякой добродетели. Гнев порождает памятозлобие – охлаждение духовной теплоты. Памятозлобие порождает мрачную и злобную хулу на своего брата. Хула порождает безвременную печаль, как ржавчина съедающую человека. Печаль порождает безумную наглость. Наглость порождает тщеславие, выставляющее на показ добродетели и через это оставляющее труды без награды. Тщеславие порождает невоздержное многоречие. Многоречие порождает празднословие, пленение. Уныние порождает мрачный сон. Если кто эти страсти победит, тому и прочие покорятся, – каковы: страхование, ужас, зависть, ненависть, лицемерие, лесть, ропот, неверие, лихоимство, пристрастие, вещелюбие, малодушие, острожелчие, самомнение, любоначалие, человекоугодие, дерзость, смех, совершенное падение, невыразимый ров и погибель чрез отчаяние, в каком состоянии человек сам себя закаляет, не ведая того человеколюбия Божия и милости, что пришел Он грешников спасти, и что нет на земле такого греха, которому не было бы прощения. Из семи следующих страстей – самолюбие, сребролюбие, гордость с тщеславием, злопамятность, осуждение, самомнение, отчаяние – конец всем страстям. От сих страстей если кто не хранит себя и не отвержет их, тот погубит выше указанные следующие десять добродетелей: веру, любовь, пост, воздержание, бдение, молитву, смирение со смиренномудрием, безмолвие с молчаливостью, нестяжательность и рассуждение, и вместе повредит все остальные добродетели. Если кто имеет хоть одну из сих главных страстей, таковый нисколько не преуспеет, хотя бы и подвизался против прочих страстей, совершал какую-либо добродетель и хотя бы даже кровь свою пролил за Христа, и молитва такового неприятна Богу. Господь Бог да избавит нас Своею благодатью от всякой напасти и страстей во веки. Аминь. Читать далее...
44. Рассказал некоторый старец об одном епископе, чтобы, получив от сего большое дерзновение, были мы прилежны к своему спасению: рассказывали об одном из бывших у нас епископе (думаю, что это был тот самый, который видел сие и рассказал нам), что о двух мирских благородных женщинах из верующих слышал он, будто они живут нецеломудренно. Епископ же, сострадая о тех, о которых сказано ему было, подозревая то же и о других, обратился с молитвой к Богу, от Него желая узнать истину, что и получил. Ибо после страшной и божественной Литургии и Приношения оного, когда приходили к приобщению Божественных Таин, сквозь лица он увидел души и каким каждый подвержен грехам: у одних, видел, лица были, как сажа, некоторые из них имели лицо наподобие пламени, глаза же кровяные и огненные; иных же из них видел светлыми лицом, белыми по одежде; иных же, когда преподавал Тело Христово, оно опаляло и сожигало, а у других делалось как бы светом, чрез уста их входящим и все тело их просвещающим. Были же в числе их и избравшие жизнь иноческую, и жившие в супружестве, которые подвергались сему. Потом, — говорил он, — начал я преподавать и женщинам, чтобы узнать мне, каковы они по душе, и видит, что и с ними было тоже, — лица черные, и кровавые, и огненные, и белые. В числе их подошли и те две женщины, о которых наговорили епископу и ради которых преимущественно и предпринимал епископ таковую молитву. И видит, что и они, приступая к святым Таинам, имеют лицо светлое и досточестное и облечены в белую одежду. Потом когда приняли и они святые Христовы Таины, как бы от света воссияли они. Опять обратился он на обычную к Богу молитву, чтобы узнать образ показанных ему откровений. Предстал же ему ангел Господень и повелел спрашивать о каждом. Епископ же тотчас спросил о двух женщинах, справедлив ли прежний донос на них или несправедлив. Ангел сказал ему, что справедливо все, что сказано о них. И епископ сказал ангелу: и как же в приобщении святых Таин они были светлы лицом, имели белое одеяние и светом светились не мало? Ангел же сказал: это потому, что пришли в чувство о соделанном ими и обещались отстать от сего, а за слезы, и воздыхания, и милостыни нищим, и исповедь, и обещание впредь никогда уже не впадать в таковое зло они причтены к лику божественному, и прощены им грехи, и остальное время поживут целомудренно, и праведно, и благочестиво. Он же (епископ) сказал, что удивляется не таковой перемене женщин, ибо сие случается часто, но дарованию Бога, Который не только освободил их от наказания, но и удостоил таковой благодати. И ангел сказал: ты удивляешься сему? И справедливо, ты — человек, а Владыка наш и ваш есть Бог, благий по естеству и человеколюбец. Отстающих от своих грехов и с исповеданием припадающих к Нему не только не посылает в муку, но и гнев Свой на них отлагает и почестей их удостаивает. Ибо так возлюбил Бог мир, что и Сына Своего Единородного предал за него. Посему Изволивший умереть за врагов не более ли всего тем, кои соделались Его собственными и раскаиваются в том, что соделали, подает разрешение грехов и дарует наслаждение тем, что уготовано им. Сие верно знай, что ни один человеческий грех не победит Божия человеколюбия, если только кто покаянием загладит зло, каким согрешил прежде. Ибо будучи человеколюбив, Бог знает немощь вашего рода, и силу страстей, и диавольскую хитрость, и когда падают люди в грех, прощает им, как детям Своим, и ожидает исправления, долготерпя на них. К кающимся же и просящим Его благости состраждет как к немощным, и тотчас освобождает от наказания и дарует им уготованные праведным блага. Сказал же епископ ангелу: скажи мне, молю тебя, и о других с различными лицами, каким грехам подвержен каждый из них, чтобы, узнав о них, освободиться мне от всякого недоумения. Ангел же сказал: светоносные и светлые лицом — те, которые живут в целомудрии и чистоте и в праведности, добры, и сострадательны, и милостивы. Имеющие же черные лица суть любители блуда и нечистоты, и иных скверных услаждений. Показавшиеся кровавыми и огненными живут в злобе и неправде, любят обиды и хуления, коварные и убийцы. И, прибавив, сказал ему ангел: итак, помоги им, желая спасения их, ибо для того получил ты исполнение твоих молитв, чтобы по лицу узнав грехи поучаемых тобою, наставлениями и увещаниями сделать их лучшими чрез покаяние, приводя к умершему за них и воскресшему Христу Богу нашему. Итак, сколько есть у тебя силы, ревности и любви к твоему Господу Христу, всякое тщание употреби, чтобы обратить их от грехов их к Богу; скажи им, каким грехам повинны они, чтобы они не были нерадивы о своем спасении. Бывает же от сего для кающихся и обращающихся к Богу спасение их души, тебе же велика будет награда, как подражателю Самого Владыки, Который, сошедши с небес, проводил жизнь на земле для спасения людей. Читать далее...
29. Вопрос: Приобретением каких добродетелей или сохранением каких заповедей может человек спастись? Ответ: Четыре суть добродетели, придлежащие человеку: пост, и молитва, и рукоделие, и телесное целомудрие. Противоборствуя сим добродетелям, сатана изверг Адама из рая, запнув его вкушением, и, введя в стыд, понудил его бежать, чтобы скрыться и не прийти пред Бога, дабы не было прощено ему прегрешение, когда бы поклонился Он Богу. Когда же Адам изгнан был из рая, вознамерился диавол леностью осудить его на другие прегрешения, надеясь впоследствии отчаяньем удержать его в своей власти. Человеколюбец же Бог, зная злокозненность диавола, дал Адаму работу, сказав: обрабатывай землю, из которой взят ты, — чтобы Адам, заботясь о деле, мог удалиться от злокозненности диавола. Итак, диавол устремляется против поста, против молитвы, против рукоделия, ибо рукоделие отсекает многие злые козни его; устремляется же он и против целомудрия. Если же кто способен будет к деланию сих четырех добродетелей, то будет обладать и всеми иными добродетелями. Читать далее...

и скорбное; прощай разумеющему и не разумеющему, по слову Господню: «оставите, и оставится вам». Вот что значит умудряться во спасение. Читать далее..

Что касается до чистой молитвы, то св. Исаак пишет: «до оной достигает един от тысящи, и сие по очищении от всех страстей; то како можем дерзнуть помыслить взойти на толикую высоту?» А нам хоть бы умным деланием и трезвением, т. е. Иисусовой молит­вою, поражать ратников, восстающих на нас, по слову Лествичника: «именем Иисусовым бий супостаты, крепче онаго ни на земле, ни на небе не найдешь оружия». Св. Исихий пишет: «трезвение есть художество духов­ное от страстных помыслов и словес и лукавых дел совершенно человека, с помощию Божиею, избавляю­щее, долговременне и усердне проходимое». В книге преподобного Нила Сорского... «находит ли убо прилог вражий каковою-либо страстию или помыслом злым, призывает делатель Христа на сия»... а далее: «и не повлекается таковый мнением, аки исправляет что моляся или угождая Богу, все бо моление его от страха мук... » И ежели мы проходим таковое умное делание, очищая сердце от страстей молитвою, то не­сомненно, по очищении, благодать напишет на нем свои законы тебе не ощущающу; и тогда уже не повредимся, потому что на сердце всегда курится пред Богом фимиам смирения; а оно есть такое сокровище, которое для татей неприступно, по слову св. Иоанна Лествичника. Вникни же ты в свое делание, так ли ты проходила делание умной молитвы, и в которой уже мнила достигнуть чистоты? Между тем имеешь страст­ное устроение, яростное в обращении с сестрами, и бранить с горестию, долго не прощать, щипать и подобное; к другим немирствовать, издавать строгий суд и прочее; и что ж, какие плоды принесла твоя молитва? — Явную прелесть, думая (как сама писа­ла) достигла видения первого чина; а какие действия и проказы делала, кои совсем неприличны, о коих я более не повторяю? Хотя ты и говоришь, что делала с намерением, но это совсем с делом несообразно. Св. Варсонуфий в 79 ответе пишет: «знамение же, еже коснуся тоя (молитвы): яко не к тому смущается, аще и напаствует его весь мир»; а в 158 ответе: «елико же движется сердце твое от гнева и злопомнения и подобных страстей ветхаго человека, тамо не внидет премудрость». Посмотри на свое устроение, нет ли в нас чего из сих — ветхого человека, и каковы бываем при досадах и укоризнах, делаемых нам от других? Кажется, найдешься далекою от чистой мо­литвы. Ты ищешь в молитве слез; они суть дарование духовное, смиренным даемое, и слезы иногда многих напыщают <возносят>, как пишет св. Лествичник. А о том, что тебе «в обращении с сестрами бывает нудно и в голове мутится», полагаю, что это действие прелести, как мне известно и на других подобных; когда находятся в мнимо духовном устроении, тогда восхищаются и радуются, а по прошествии страждут противное. Опять посылаю тебя ко 2 Слову св. Исаа­ка Сирина: «за что гнев Божий находит? Не за то, что от лености оставляют деяние первой части креста, но сладость рачительне преходя ко оной второй части тонким ума деланием и пребыванием в молитве» и проч.; лучше видеть себя расслабленну и смиренну, нежели бодру и оболыцаему (VI, 60, 96—98). Читать далее...


Комментариев нет:

Отправить комментарий